home    site map    ПРЕЗЕНТАЦИЯ UPB AS / 2017
   
   о нас      структура      новости      продукты / проекты      в обществе      вакансии      фотогалерея      контакты  
 
    

LV

EN

RU

DE
 
 
 
ОБЗОР СОБЫТИЙ PDF
  СКАЧАТЬ ПОСЛЕДНЮЮ ВЕРСИЮ
  АРХИВ
  КАТАЛОГИ ПРОДУКЦИИ
 
 
НОВОСТИ ХОЛДИНГА
 
   
 
   
 
   
 
   
  ВСЕ НОВОСТИ
   
 
    Распечатать      Отправить  
 
 

  

| 20. 01. 2015 | «Государство должно сознавать свою экономическую принадлежность». Интервью с Улдисом Пиленсом.

"Латвийская экономика отстала в период перехода от постсоветского этапа к уровню, определяющему геополитическую принадлежность к странам ЕС," Таково мнение крупнейшего акционера холдинга UPB  Улдиса Пиленса, высказанное в интервью газете DB.

 

Улдис Пиленс известен как прагматик и стратег, способный держать руку на пульсе всех сфер деятельности широко разветвленного холдинга – от содействия развитию изобразительного искусства, культуры потребления вина до внедрения новейших научных достижений в области энергетики.  Сегодня, пожалуй, можно сказать, что компания  работает как хорошо отлаженные часы. Но их изобретатель стремится расширить горизонты и определить место и направление развитие Латвии в геополитическом пространстве.

 

 

Консолидированный оборот UPB достиг самого высокого в истории предприятия уровня. Что является основой роста?

 

Очень рад этому, особенно потому, что  по сравнению с  2008 годом, когда мы достигли предыдущей наиболее высокой точки, сейчас предприятие находится на другом, более высоком этапе развития – с точки зрения и конкурентоспособности, и возможностей международной интеграции. Своевременно почувствовав приближение строительного кризиса, мы переориентировались на внешние рынки и производство гораздо более сложных продуктов, установив, на мой взгляд, здоровую пропорцию оборота: 60% обеспечивалось на внешнем, 40% – на внутреннем рынке. Сейчас мы входим в состав группы латвийских предприятий, нашедших рынки сбыта и возможности для повышения компетенции и  конкурентоспособности в том экономическом пространстве, к которому и должны принадлежать, – в странах ЕС и НАТО. Наша фундаментальная философия заключается в максимальной интеграции в процессы, связанные с европейским международным разделением труда, – и не только в строительном секторе, но и в энергетике, машиностроении, а также в управлении сложными проектами за рубежом. Одновременно необходимо готовиться к выходу в третьи страны, в частности,  на рынки наших восточных соседей, а также строить прогнозы на ближайшие четыре-пять лет относительно Африки, Китая.

 

 

Что такое «международное разделение труда»? Кто делит международный рынок труда и как попасть на него?

 

Никто, конечно, дележом не занимается. Если вам удается закрепиться на зарубежном рынке, как это сделали мы в Швеции и Германии, то вы становитесь неотъемлемой частью этого рынка. Участники рынка считаются с вами, привлекают к опросам относительно цен, присылают различные приглашения, например, принять участие в закупках.

 

 

Это означает получить точку опоры, почувствовать основу под ногами?

 

Да, об этом говорит тот факт, что объекты, в строительстве которых мы участвуем, становятся все крупнее и сложнее, а энергетические проекты, которые мы реализуем с применением новейших технологий и стандартов эффективности, свидетельствуют, что мы смогли успешно интегрироваться в этой среде. Если это удалось одному или нескольким предприятиям, значит политика страны, которую они представляют, должна быть сознательно направлена на комплексную интеграцию в Европе, касающуюся, не только предприятий отдельных отраслей, а всех сфер экономики – пищевой, лесохозяйственной,  электронной, строительной промышленности, производства стройматериалов. На мой взгляд, латвийская экономика в целом слишком отстала в период перехода от постсоветского этапа к уровню, определяющему геополитическую принадлежность к странам ЕС. Отдельные предприятия при отсутствии стремления своей страны создать экономическую модель, интегрированную в Европе, не могут обеспечить ни достаточно стремительного темпа переориентации, ни достаточной адаптации предпринимательской деятельности к правилам игры в этой среде.

 

 

Какая поддержка требуется со стороны государства?

 

Предприятиям нужна не конкретная поддержка, а политика государства, направленная на более глубокую интеграцию в европейскую экономику.

 

 

Вы говорите о концепции, определяющей государственную политику? 

 

Именно. Ни со стороны президента, ни со стороны премьер-министра, ни от Сейма как законодательного органа, ни от учреждений самоуправления не должно поступать сигналов, которые могут восприниматься в Европе как проявление дезинтеграции.

 

 

Ситуация – как при общении с людьми, которые гордятся образованием, полученным в советское и время, и не стремятся пополнить его современными знаниями...

 

Процитируем классика: останется то, что изменится. В сожалению, мы немного запаздываем с переменами. Продолжаем декларировать необходимость большей экономической интеграции, но ничего не делаем для ее реализации. Второй момент, который следует отметить: у правительство отсутствует кластерное мышление, определенная концепция развития сотрудничества между предприятиями наиболее сложных отраслей в целях формирования экономической модели, которая позволила бы создавать сложные продукты и услуги, имеющие более высокую добавленную стоимость. Не будем забывать, что отдельные наши блестящие успехи на международном рынке – это всего лишь частные явления, а не свидетельство конкурентоспособности общей экономической модели.

 

 

В чем состоят преимущества европейского рынка?

 

Он значительно стабильнее. Колебания рынка – взлеты и падения – составляют всего от полутора до двух процентов. Поэтому так важно занимать на нем место. Там не происходят такие разрушительные явления, как, например, в России, – огромная амплитуда колебаний курса рубля и переориентация экономики и рынка под влиянием политики авторитаризма. Европейский рынок сравнительно надежен, однако следует считаться с тем, что его освоение требует дополнительных интеллектуальных усилий. Мы до сих пор продолжаем учиться – осваивать особенности ментальности, нюансы законодательства. Учимся тому, как в каждой страна охраняют свой рынок, как точно оценивают репутацию инвесторов, качество инвестиций. Там не все так просто, как могут себе представить те, кто живет и работает в Латвии. Недостаточно просто привлечь инвестиции – необходимо проверить качество этих инвестиций, репутацию частного инвестора,  поскольку именно это формирует реальную основу для будущих экономических контактов, среду, соответствующую  ментальным традициям. Разумеется, никто не возражает против инвесторов из Казахстана, России, Белоруссии и Украины, но важно соблюдать пропорцию. Если мы хотим войти западное пространство, которое нам по своей ментальности нам гораздо ближе, то это необходимо четко сформулировать. То есть речь идет о знаках, свидетельствующих об проявлениях интеграции или дезинтеграции.

 

 

Но защитники новой экономики указывают на чрезмерную зависимость Европы от финансового диктата. Не может ли это дестабилизировать ситуацию?

 

Мир вообще зависит от финансового диктата. Но одно дело – ситуация в России, где по известным причинам происходит отток капитала, другое – экономически и политически стабильное пространство. Почему Скандинавия, где относительно высокие налоги и сложные рыночные условия, или Германия и Швейцария благодаря  своим экономически моделям гораздо привлекательнее для инвесторов, чем другие европейские страны. Конечно, все зависят от намерений инвесторов, их расчетов и даже от их настроения. И с этим просто надо считаться. И фактически именно этого мы требуем от государства: мы не можем менять условия игры на зарубежном рынке, но можем сигнализировать о своей готовности измениться в соответствии с существующими  требованиями, сохранив при этом достоинство нашей страны.

 

 

Болезненной темой остается отток рабочей силы из Латвии. Можно ли остановить этот процесс.

 

Нашим политикам следует гораздо оперативнее и полнее обсуждать эти вопросы с руководителями стран, в которые происходит отток нашей рабочей силы. Очень хотелось бы, чтобы президент и премьер-министр побеседовали на эту тему с Дэвидом Кэмероном, Ангелой Меркель и другими влиятельными европейскими политиками. Ведь Германия, например, намерена ежегодно интегрировать в свое сообщество около миллиона иммигрантов, и, конечно, наиболее успешно интегрируются приезжающие из Балтии и Польши. Это доказали серьезные исследования, проведенные в Германии. Если своевременно не установить с руководителями этих стран диалог по вопросам контролируемой миграции, образования, инвестиционной политики, то может сложиться весьма серьезная ситуация, в которой уже невозможно будет контролировать отток рабочей силы. Нам известны страны, в которые уезжают наши жители. Остановить отток рабочей силы – важнейшая задача ближайшего будущего, вызов для всей государственной экономики, но я не вижу этой задачи в списке экономических приоритетов. Это очень важная тема для дискуссий, но я не вижу даже готовности политиков обсуждать эту тему. Отток квалифицированных работников за рубеж, где они занимаются неквалифицированным трудом, уменьшает наши возможности более глубокой и полноценной интеграции в Европу. Мы остаемся в так называемом сером пространстве, что в конце концов становится  вопросом нашей безопасности.Для существования государства весьма важное значение имеет распределение квалифицированной рабочей силы по всей территории страны.

 

 

Вернемся к UPB. Вы сказали, что уже в течение нескольких лет поддерживаете пропорцию 60:40 между внешним и внутренним рынком. Если экспорт выгоднее, зачем сохранять столь значительную долю внутреннего рынка?

 

У нас латвийское предприятие, абсолютное большинство наших работников – граждане, жители Латвии. И мы понимает нашу социальную ответственность. Продолжительное время находиться вдали от дома, семьи, ощущать себя «инвентарем» в аэропорту, приложением к скандинавской стройплощадке, колесить по немецким автобанам – это дополнительный стресс, психологическая нагрузка. Поэтому мы и выдерживаем эту пропорцию. Производить в Латвии максимально возможную часть продукции, реализуемой за рубежом, – это наша философия, концепция и наш знак принадлежности. Примерно 300 наших работников, по принципу ротации выезжающих на работу за рубеж, в пределах холдинга обеспечивают работой тысячу жителей Латвии.

 

 

Проблемой на внутреннем рынке считается проведение закупок по принципу наиболее низкой цены. Что является фактором, определяющим закупки за рубежом?

 

Не хотелось бы утверждать, что в других странах не руководствуются принципом наиболее низкой цены при государственных или муниципальных закупках. Но скажу, что груши с яблоками там не сравнивают. Предоставляются подробнейшие технические спецификации, со стороны заказчика участвуют высококвалифицированные эксперты, которые оценивают репутацию и квалификацию претендентов. Поэтому проблема не в принципе самой низкой цены, зачастую это вопрос компетентности заказчика и качества представленной на конкурс документации.

 

 

На зарубежных рынках вы выполняете функции субподрядчиков или генеральных подрядчиков?

 

Мы работаем как субподрядчики и делаем это по разным причинам. Первая состоит в том, что генеральным подрядчиком обычно является клиент. Вторая причина – генеральный подрядчик несет более широкую ответственность за объект в течение всего срока. Это означает присутствие на рынке организаций с более высоким уровнем сервиса. Для Латвии UPB – это крупное предприятие, а для Европы – среднее. Мы способны  расширить наше присутствие на рынках, но сделать это удастся в течение десяти-пятнадцати лет. Но в настоящее время это не касается нашей концепции и не входит в число тактических задач повестки дня. Такой концепцией следует руководствоваться на третьих рынках. Квалификация наших инженеров, качество изделий, уровень работы группы управления проектами, имеющей опыт работы в Швейцарии и Германии, позволяют нам переориентироваться и выйти на рынки, находящиеся за пределами ЕС.

 

 

Не могли бы вы сказать, какие рынки являются наиболее выгодными в финансовом отношении и на каких вы работаете по другим причинам?

 

Освоение рынка можно сравнить в земледелием. Сначала необходимо посеять семя, оно дает росток, из которого образуется колос. Каждый рынок мы оцениваем в соответствии со стадией развития. Швецию уже можно назвать нашим домашним рынком, так как там существует родственная нам ментальность, позволившая адаптироваться. Никто не пытается нарастить мощность, чтобы вытеснить нас и нам подобным с рынка. Некоторые рынки мы пока осваиваем, например, в Великобритании, где первый год ведем деятельность как предприятие UPB Ltd. Начальная стадия существенно отличатся от периодов, когда наступила стабильность. Если в Швеции мы подумываем о приобретении производственных участков, которые позволять расширить деятельность, то в Великобритании мы ограничиваемся первыми референтными объектами, чтобы показать свою компетентность.

 

 

Освоение рынка, вероятно, требует дотаций за счет других сфер?

 

Освоение любого рынка требует инвестиций, которые можно сравнить с вложениями во внедрение технологий, образование работников, разработку новых продуктов. Расходы связаны с участием в выставках-ярмарках, установлением контактов с потенциальными клиентами, регистрацией предприятия. Не стоит ждать моментальной отдачи, не говоря уже о прибыли. С этим надо считаться. Процесс освоения рынка, до наступления стабилизации, может продолжаться около пяти лет. И только тогда вы сможете понять, удалось вам это или нет. Но если регулярно вкладывать средства в развитие, маркетинг, обучение персонала, то этот процесс может оказаться не таким уж сложным.

 

 

Назовите китов, на которых основывается столь разветвленная деятельность холдинга.

 

В процессе перегруппировки правлений различных предприятий холдинга продолжает укрепляться влияние финансистов. Фактически это означает, что крайне важное значение имеют финансовое управление, финансовая дисциплина. Особенно это касается зарубежных рынков, где наблюдаются колебания курсов валют. Второй по важности аспект ¬ – укрепление присутствия в правлениях руководителей проектов, то есть экспертов, хорошо знающих ментальную и коммуникативную среду на рынках. Они осуществляют стратегическое управление, которое формирует политику холдинга. Надо уметь руководить деятельностью холдинга как на существующих рынках, так и при освоении новых.

 

 

Холдинг UPB весьма амбициозно вступил в сферу энергетики. Какова ситуация в настоящее время?

 

Интересная тема. Мы достигли стабильности вопреки многим изменениям в области  альтернативной энергетики как в Латвии, так и в других странах. Когенерационные станции заняли стабильное место благодаря применению трансферных технологий, обеспечивающих наиболее эффективное сжигание газа и наиболее эффективное производство тепла, холода, электричества. Мы прогнозируем для наших малых и средних когенерационных станций достаточно хорошее будущее. Европа не может отказаться от газа, поставляемого из России или другой страны, но она может использовать его эффективнее. И мы придерживаемся этого направления. Провели в Хорватии эксперименты с содержащимся в термальных водах газом, при сжигании которого можно получать тепло и электричество. Совместно с российскими научно-техническими институтами, финскими и британскими специалистами провели исследование в области технологий использования древесного газа.

Наши когенерационные станции представлены в Словении, Великобритании, Швеции. Мы участвовали в реализации «под ключ» крупных проектов в Латвии, Италии, а совместно с нашим швейцарским предприятием – на заводе по производству моцареллы в Тироле.  Современные, наиболее эффективные и мобильные технологии, к использованию которых стремятся страны Европы и всего мира, – это ниша в которой мы работаем и видим перспективу.
Правда, латвийское законодательство в области энергетики тормозит развитие внутреннего рынка. Но наши основные рынки находятся за рубежом, что позволяет нам дистанцироваться от не слишком дальновидного понимания модели сбалансированности альтернативной и традиционной энергетики на уровне латвийского законодательства. В проигрыше остаются те, кто вступил на этот рынок со спекулятивными целями. И хорошо, что рынок вытесняет спекулянтов, освобождая место ответственным участникам.

 

 

Какой прогноз вы можете дать относительно латвийского строительного рынка?

 

Следует считаться с присутствием европейских денег в латвийской экономике. Опыт показывает, что первый год нового периода планирования в связи с программами  ЕС стал годом разбега, проектирования, что фактически означает, что год потерян. Поэтому представители строительной индустрии стараются наполнить портфель заказов и конкурировать за счет значительного снижения цен. В других странах влияние денег европейских фондов не столь велико, там цикличность таких  колебаний ощущается меньше. Для нас это означает, что с помощью работы и заказов на зарубежных рынках необходимо компенсировать падение на внутреннем рынке. Последующие годы, 2016 и 2017, станут годами наращивания мощности, что касается и нас. Мы сможем немного иначе планировать следующий цикл развития и на зарубежных рынках.

 

 

Действия напоминают сложный танец – точные шаги в разных направлениях.

 

Да, бизнес можно сравнить с танго – и шаги, и партнер должны быть такими, чтобы успешно исполнить сложный танец.

 

V. Lēvalde 
Источник: Dienas Bizness

 
 
 
 
         Назад
 
 
 
       UPB © 2007 Copyrights | Контакты
Site design and programming by | CIMO |